Владимир Казарин: «Свой роман с Севастополем я пишу уже не один десяток лет»

07:2724.03.2008г.

   Наше досье на собеседника
   Владимир Павлович Казарин
   Родился 15 августа 1952 г. (г. Ашхабад).
   Образование высшее, закончил Дальневосточный государственный университет (1974 г.) по специальности "русский язык и литература" (филолог, преподаватель русского языка и литературы).
   С октября 1974 г. по май 1978 г. -  учеба в аспирантуре при Ленинградском государственном университете.
   С июня 1978 г. по декабрь 1981 г. - ассистент, заведующий кафедрой, старший преподаватель, преподаватель кафедры российской, советской и зарубежной литературы Дальневосточного государственного университета.
   С декабря 1981 г. по ноябрь 1985 г. - доцент, младший научный сотрудник, старший научный сотрудник, заведующий кафедрой российской и зарубежной литературы Симферопольского университета им. Г. В. Фрунзе.
   С ноября 1985 г. по ноябрь 1988 г. - секретарь партийного комитета Симферопольского государственного университета им. Г. В. Фрунзе.
   С ноября 1988 г. по июнь 2001 г. - заведующий кафедрой российской и зарубежной литературы, проректор по гуманитарному образованию, перспективному развитию и международным связям, заведующий кафедрой русского языка и литературы Симферопольского государственного университета им. Г. В. Фрунзе; доктор филологических наук (1988 г.).
   С июня 2001 г. по май 2005 г. - заместитель председателя Совета Министров Автономной Республики Крым.
   С мая 2005 г. по июль 2006 г. - проректор Таврического национального университета им. Вернадского; г. Симферополь.
   Заслуженный деятель науки и техники Автономной Республики Крым.
   Женат. Имеет троих детей - одного сына и двух дочерей.
   На должность первого заместителя председателя Севастопольской городской государственной администрации (по вопросам региональной гуманитарной политики) назначен 10 июля 2006г.

Если кратко бросить взгляд на Вашу, Владимир Павлович, биографию, то родились Вы в Ашхабаде, учились в Ленинграде, начали работать на Дальнем Востоке, продолжили в Крыму. Чем объяснить такую  широкую географию Вашей жизни?

- У меня, как и у многих жителей нашего славного города Севастополя, отец был военным. Замечательным военным. Он начал воевать в 1943-м году, когда ему исполнилось семнадцать. Во время войны это был призывной возраст. Потом воевал с Японией. А закончил свою боевую биографию в 1952 году в Корее. Он был профессиональным военным всю жизнь. Он был создателем первой в Советском Союзе дивизии морской пехоты, с 1969 года он создавал ее во Владивостоке. Поэтому всю жизнь мы ездили – судьба у военных такая. А так как он был танкистом, то мы очень часто жили очень далеко от больших городов потому, что танки причиняли неудобства людям, которые жили рядом. И родились мы с сестрой в Средней Азии, где служил отец. Я родился в Ашхабаде, который лежал в руинах после землетрясения в 1949 году. В школу я пошел в Москве. Учился вместе с бывшим Министром обороны Александром Кузьмуком. Наши отцы вместе учились в Академии бронетанковых войск и дружили. Восьмой класс я закончил в Одессе, а десятилетку – в Феодосии в 1969 году. То есть в Крыму я живу с 1967 года. Сорок один год.

Когда отца перевели во Владивосток, мы поехали с ним. Там я закончил университет, в Ленинграде – аспирантуру. Вернулся Дальневосточный госуниверситет, там заведовал кафедрой. И в 1981-м вернулся в Крым. И с тех пор беспрерывно живу и работаю здесь. По большому счету у меня в трудовой книжке две записи: Дальневосточный университет и Симферопольский (ныне – Таврический национальный) университет, в котором работаю и по сей день.  

К сожалению, ни батюшки, ни матушки уже нет в живых. У них были очень большие, настоящие крестьянские, семьи. Отец вологодский, матушка родилась в Забайкалье, в Читинской области. У них были по семеро братьев и сестер. Потому у меня много двоюродных братьев и сестер. Мама была портнихой.

Что повлияло на выбор Вами профессии?

Отец был довольно волевым человеком. И когда я закончил школу, он проявил своеобразный либерализм и разрешил выбирать мне профессию самостоятельно. Если бы он однозначно сказал: «Идешь в военное училище!», я бы и пошел – я был достаточно послушным.

Поехал в Москву на филфак МГУ. На вступительных экзаменах получил шестнадцать баллов. До официального проходного не хватало полбалла. Забрал документы и уехал, а оказалось, что я поступил, потому что парням давали дополнительный бонус – хотели, чтобы среди учителей было больше мужчин. В Дальневосточном университете меня зачислили кандидатом – в те времена была такая форма. И все, кто со мной учился в качестве кандидата, в последствии стали учеными, кандидатами и докторами: нам с первого дня учебы надо было доказывать, что мы можем учиться, достойны быть полноправными студентами.

В Ленинграде в аспирантуре я учился у Георгия Пантелеймоновича Макогоненко, заведующего кафедрой, у Григория Абрамовича Бялого, Аркадия Григорьевича Ямпольского, Виктора Анатольевича Мануйлова. Сегодня еще работают профессоры Карпов, Отрадин. Кандидатскую диссертацию я защищал по творчеству Гоголя, докторскую – по творчеству Пушкина, Лермонтова, Гоголя. В двадцать четыре года я стал кандидатом наук, в двадцать пять – заведующим кафедрой. Потом я был самым молодым в Советском Союзе доктором филологических наук – защитился в тридцать три года. В тридцать пять я стал профессором. Все это происходило при Советском Союзе.

Какую область филологии Вы исследовали на уровне профессора? Какие научные работы принадлежат Вашему перу?

Основные мои публикации посвящены творчеству писателей XIX века: Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Достоевский, Толстой, русская проза; поэты Тютчев, Фет; драматургия Чехова. Довольно большое количество публикаций по XVIII веку: Карамзин, Ломоносов и ряд других авторов. Ряд публикаций посвящены древнерусской литературе: Кирилл и Мефодий, и Святой Владимир, и период Золотой Орды и Куликовской битвы. Интересовало меня творчество рубежа XIX- XX веков, советского периода: Шолохов, советские маринисты. Круг разрабатываемых мною тем – литературоведение, эстетика, журналистика и публицистика. Есть работы, посвященные исследованию зарубежной литературы. В общей сложности у меня более 1600, из них сугубо научных – около 600, 30 – книги и монографии, сборники, учебные пособия. Тринадцать моих учеников защитили кандидатские диссертации. Семь моих учеников при моем научном консультировании защитили докторские диссертации. Что называется, на подходе, пять или шесть кандидатских и три-четыре докторские. Я председатель одного из двух в Украине докторских советов – один из них в Киеве, второй – в Симферополе.

Что послужило причиной того, что Вы – лингвист, ученый, профессор так резко в 2001 году стали заниматься управленческой и политической деятельностью? Причем, сразу же были назначены на высокий пост заместителя председателя Совмина АРК.

Я не согласен с тем, что у меня была резкая перемена в сфере деятельности. В рамках своей научной работы я занимался административной работой. В общей сложности я уже тридцать лет заведую кафедрой, сначала во Владивостоке, теперь – в Симферополе. А это во многом административная работа. Вот сейчас у меня на кафедре стопроцентно должности занимают кандидаты и доктора наук. Мы издаем много научной и методической литературы, часто проводим научные конференции. С 1982-го по 1988-й я был секретарем парткома университета с правами райкома – на учете в организации состояло более семисот коммунистов. Это было большое хозяйство. В те времена шутили, что секретарь парткома в университете, конечно, не первое лицо, но и не второе. Это были времена горбачевских реформ, нашим министром был Ягодин. И я могу с гордостью сказать, что мы регулярно раз в полгода проводили в университете социологические опросы на предмет их отношения к руководству, к состоянию дел в коллективе. Мой авторитет как секретаря парткома был выше, чем других руководителей и уступал только показателям бессменного в течение четверти века проректора Виктора Федоровича Шарапова. Во времена резкой всеобщей критики партийных органов к университетскому парткому относились хорошо. В 1988-году я попросил своих товарищей освободить меня от партийной работы потому, что я не считал правильными реформы, проводимые под руководством Горбачева.

Я длительное время был проректором Таврического Национального университета. Так что опыт административной, управленческой работы у меня был. И потому в 2001-м году, когда формировали правительство Валерий Миронович Горбатов и спикер Верховного Совета АРК Леонид Иванович Грач и меня рекомендовали на должность вице-премьера, я согласился. Через девять месяцев, когда на должность премьера Крыма вернулся Куницын, а я был избран по одному из мажоритарных округов в ВС АРК, Сергей Владимирович предложил мне остаться в составе правительства. Я согласился. Где и проработал до 2005-го. Мне предлагали оставаться и после отставки правительства Куницына, но я отказался, работал в университете. А после назначения Сергея Владимировича в Севастополь он мне предложил продолжить трудиться с ним и я согласился. Я очень высоко ценю его деловые и человеческие качества, с ним работать легко.

В Севастополе Вы также – заместитель председателя, но только  госадминистрации городского уровня. После Совмина Крыма легче работать в Севастополе или нет? В чем разница?

В Севастополе больше объем работы. В Крыму я был вице-премьером по гуманитарной сфере. В Севастополе я тоже ее курирую, но еще отвечаю за межрегиональные связи, вопросы внутренней политики, международные связи. Вместе с тем я могу сказать, что Севастополь для меня вовсе не чужой город. Мне не понадобился длительный период вхождения в должность. Надеюсь, что согласятся со мной мои севастопольские коллеги по гуманитарной работе, что мы с ними давным-давно сотрудничаем именно в этой сфере. Начиная с того, что много моих студентов теперь работают в разных отраслях в Севастополе чиновниками, менеджерами, руководителями высоких рангов. В частности,  в севастопольской журналистике трудятся мои ученицы Ирина Каратаева и Анна Москаленко. Созданный в 1991-м году Фонд русской культуры под моим руководством провел массу мероприятий в Севастополе. В 1995-м на Графской пристани была установлена памятная доска в честь 75-летия окончания Гражданской войны. Пушкинские мероприятия. Помощь «Севморзавода» в восстановлении некрополя. Когда я возглавлял комитет АРК по госпремиям, я настоял, чтобы в его состав обязательно вошли два представителя от Севастополя: Наталья Бендюкова и Екатерина Проценко. Мы не рассматривали Севастополь формально – административно, хотя он и не Крым в этом отношении, – а присудили премию Севастопольскому театру танца Вадима Елизарова по заслугам, как и многим другим.

Мой роман с Севастополем начинался давно. Наверное, его основы заложил еще мой батюшка, у которого во Владивостоке в дивизии морской пехоты служил лейтенантом будущий командир севастопольской бригады морских пехотинцев. Севастопольский архитектор Григорянц тоже служил матросом  под началом моего родителя. Мои отношения с Севастополем, с севастопольцами в самых различных сферах жизни складывались давно, потому мне сравнительно просто как куратору гуманитарной сферы найти свое место и общий язык на новом месте работы.

От очень многих коллег по политической деятельности Вы отличаетесь тем, что с охотой идете на контакт с журналистами.  Вы часто комментируете события для различных изданий…

Я думаю, что это обязанность всех чиновников. Она даже формализована в ряде документов: от нас требуют проводить брифинги, информировать прессу о деятельности органов власти. Кроме того, из всех замов я именно тот, который отвечает за связи с общественностью и с работниками СМИ. Если у нас случаются какие-то недочеты в этой работе, то в первую очередь ругают меня: почему не учел, почему не организовал. Я уже говорил, что многие и крымские, и севастопольские журналисты – мои ученики. Нынешнее руководство «Комсомольской правды» и «Известий» - Мамонтов, Сунгоркин, Наталья Барабаш - тоже. Со многими из них у меня дружеские отношения.

Мы заметили, что Вы всегда, даже подчиненным женщинам, целуете руки? Откуда такая редкая для наших руководителей  традиция?

Могу сказать, что я продолжаю традицию моего батюшки. Мой отец был щеголем, тщательно следил за тем, как он одет. Военная косточка в полном смысле этих слов: элегантный, всегда подтянутый. Я не помню, чтобы у него когда-нибудь была не начищена до блеска обувь. Хотя был родом из вологодского села, но служба в армии его таким воспитала. Я помню, что он всегда целовал женщинам руки. Кстати, мой сын теперь поступает так же.

Думаю, что в поведении отца сказывалась польская кровь. Моя бабушка по отцовской линии была из семьи поляков, выселенных в северные российские губернии за участие в восстании 1863 года.

Расскажите о своей семье. Чем занимается жена? Чем занимаются дети?

Супруга тоже закончила университет во Владивостоке, специальность – биология, физиология растений. Сейчас она занимается воспитанием детей. У нас их трое: две дочери и сын. Двое из них – журналисты. Одна дочь работает на телевидении в Петербурге. Там у нас много родственников, которые пережили блокаду. Сын работает на ГТРК «Крым», ведет утреннюю передачу «Утро с нами». Старшая дочь – филолог-тюрколог. Преподает турецкий язык, хорошо знает украинский и арабский. Пока дети, занятые карьерой, профессиональной самореализацией, внуков нам не подарили. Считаю, что это неправильно и потому их ругаю. Карьерой надо заниматься, но и о будущем думать надо. Надеюсь, что скоро мы с супругой станем бабушкой и дедушкой.

Какую кухню Вы предпочитаете? Любите ли готовить и что? Ваше любимое блюдо?

Моя супруга Серафима – гениальный кулинар. Я из-за этого избалован в еде неимоверно. Ее родители военнослужащие, в свое время жили в Средней Азии. Отсюда у жены знание азиатской кухни. Мои родители научили ее готовить русские и украинские блюда. Итальянскую пиццу приготовит так, что далеко не во всяком ресторане такую попробуете. Из-за этого у меня проблемы – я в ресторане очень часто остаюсь недоволен. От матери многому научились в кулинарии наши дочери. Сразу скажу, что они не такие гениальные хозяйки, как мать.

Я принадлежу к числу тех мужчин, которые не пропадут от голода, если рядом нет женщины. В жизни пришлось частенько жить вдали от семейного уюта. Стирке, уборке и приготовлению пищи пришлось научиться. Заставляла учеба и во Владивостоке, и в Питере. В аспирантуре я жил в общежитии, где нашими соседями были аспиранты из стран Западной Европы. Кстати, нынешний посол Норвегии в Украине – мой соученик по аспирантуре, и мы с ним  поддерживаем дружеские отношения. Были в общежитии и французы. Основа французской кухни – лук: вспомните исконно французское блюдо  - луковый суп. Французы меня научили, как надо тушить лук с помидорами. Когда я познакомился со своей будущей супругой, я ей демонстрировал, как здорово умею тушить лук!

Какие свои привычки Вы считаете полезными для себя, какие вредными?

Я курил какой-то период, но потом занялся спортом и от этой привычки отказался. У меня есть разряды по тяжелой атлетике, по плаванию, в том числе и по подводному, по классической борьбе и даже по дзюдо. Был чемпионом Ленинграда по тяжелой атлетике, правда, среди аспирантов вузов неспортивного профиля. Дым в доме остался потому, что закурила моя супруга. Дети у нас некурящие. Мое главное увлечение – автотуризм. У меня давно приобретенный советский внедорожник ГАЗ-69, благодаря неприхотливости и проходимости которого мы объездили практически весь горный Крым.

Я страстный читатель. Домашняя библиотека – это десять тысяч томов. Читаю много и запоем. Возможно, из-за того, что я филолог, не могу назвать своего любимого писателя. Их у меня много. Когда-то мне подарили «Робинзона Крузо» Даниэля Дефо. Я его перечитывал раз двадцать, наверное. Пушкин, Толстой, Гоголь, Лермонтов, советские классики. «В августе сорок четвертого» Богомолова вообще считаю книгой, в которой расшифрован весь код нашего понимания войны, поведения человека на войне. Не много он написал, но все, что создал – все, что называется, угадал. Его книги настолько сложные, что экранизировать их сможет только такой же гениальный кинорежиссер как писатель Богомолов.

Один из самых моих любимых писателей – Уильям Фолкнер. Его творчество – это аналог творчества Михаила Шолохова. Если Шолохов – это энциклопедия нашей жизни, то Фолкнер – это энциклопедия американской жизни.

Чего Вы никогда не простите людям? Соответственно, что можете простить?

Самым тяжким грехом считаю предательство. К сожалению, это довольно часто в нашей жизни происходит. Простить могу слабость, которая проявляется при желании совершить карьеру. У меня в жизни карьера складывалась и быстро, и удачно. Потому если вижу не совсем моральное поведение человека, стремящегося к карьерному росту, отношусь к нему снисходительно: «Я уже добился определенного успеха, а человеку тоже хочется быть первым. И потому можно что-то простить». Хотя иногда люди совершают ради этого очень неблаговидные поступки.

С кем Вы пошли бы в разведку?

Для меня,  как человека, выросшего в военных гарнизонах, мир военных близок и понятен. Потому могу откровенно сказать, что с Куницыным. Потому, что Сергей Владимирович год и восемь месяцев прослужил в Афганистане и вовсе не интендантом – он прошел испытания. А за все мои пятьдесят пять таких людей наберется пять или шесть.

Чего Вы больше всего опасаетесь в жизни?

Я изо всех сил желаю благополучия своим родным и близким. Я хочу видеть счастливыми своих друзей. Это два круга защиты нашей жизни. Я очень опасаюсь несчастий для нашего государства. И это не пафос госчиновника: я отлично понимаю, что благополучие моей семьи, моих близких и друзей, всех людей в этой стране зависит от того, насколько благополучна и спокойна жизнь в их государстве.

Некоторые радикальные общественные организации Крыма считают Вас русским шовинистом, а другие радикалы утверждают, что Вы – украинский националист. Кто Вы на самом деле?

Я ученый, историк. И потому достоверно знаю, что ничего в этом мире одноцветного, в чистом виде не бывает. «Чужого горя не бывает. Кто это отрицать решится – наверно, или убивает, или готовится в убийцы». Так сказал поэт. И если кто-то считает, что защищать свою идею - значит нападать на чужую – тот ошибается.

Моя фамилия Казарин. И понятно, что в ней тюркские корни – хазары предки. Но я горжусь тем, что мой предок был стременным у Дмитрия Донского в битве на Куликовом поле. Я рад тому, что на меня нападает, меня бичует «Студенческое братство», называя «великорусским шовинистом». И я рад тому, что на меня нападают радикалы от русской идеи, называя «предателем и переметнувшимся на сторону украинской идеи». Я никогда не дам в обиду великий украинский язык великого украинского народа, великие сыны которого помогли России стать великой державой.

Любите ли театр, кино? Что недавно посмотрели?  

Я страстный театрал. Бывая в командировках в Киеве или Москве, стараюсь обязательно посмотреть что-то новое. Я безмерно рад возрождению Чеховского театра в Ялте.

Я страстный киноман, в свое время даже поступал во ВГИК. Я страстный поклонник нашего театра танца Вадима Елизарова. Спектакль «Аргентинское танго» я смотрел четыре раза и буду смотреть еще много раз. Театр танца - выдающееся явление в культурной жизни не только нашего города.

Недавно посмотрел тридцатисерийный фильм китайского производства «Чингисхан». Замечательная картина, которая многому может научить  нынешних чиновников. Перед этим я смотрел нашу картину «Монгол», которая номинирована на премию «Оскар».

Какие женщины Вам нравятся – блондинки или брюнетки?

Когда я учился в университете, у нас было три парня на три курса. Так что вниманием девушек не был обделен. Как человек, преподающий литературу, а в литературе культ женщины, скажу – все женщины прекрасны. И блондинки, и брюнетки, и Дианы, и Венеры. Все женщины достойны и уважения, и любви. И если мужчины считают и говорят иначе, то они ошибаются, и жизнь их поправит и накажет.

Я однолюб и вместе с тем влюбчивый человек. В гуманитарной сфере работает очень много женщин. Сталкиваясь с ними по роду своей деятельности, я все больше убеждаюсь в правоте слов Максимилиана Волошина, который говорил: «Женщина – лучший человек».

Любите ли домашних животных? Каких?

Я воспитан в деревенских традициях. А в деревне всегда считали, что собака должна жить во дворе. Даже кошек не держим. Но моя старшая дочь уже отошла от традиции, и у нее в квартире живет собака. Вот когда достроим дачу и переберемся туда жить, тогда тоже придется завести собаку.

Пока дети были маленькими, у нас в квартире был аквариум и попугай. Попугай, кстати, настоящий. В том смысле, что один из родственников моей супруги был капитаном дальнего плавания и привез нам в подарок попугая с Кубы.

Как любите отдыхать?

Исповедую принцип, однажды сформулированный Луначарским: лучший отдых – смена занятий. После работы чиновника, когда читаю лекции студентам или консультирую аспирантов, - отдыхаю.

Если говорить об отдыхе в отпуске, то уже многие годы я на это время уезжаю на Мангуп, где работает археологическая экспедиция под руководством моего друга Александра Герцена, заведующего кафедрой археологии Таврического Национального университета.

По несколько недель живу в палатке, помогаю археологам: вожу им продукты, поднимаю их на гору, увожу, если надо, заболевших. Днем копаю, вечером у костра со всеми песни пою.

Дружите ли со спортом? Как поддерживаете спортивную форму?

Каждый день делаю зарядку, бегаю на стадионе, тяжести таскаю. Мне это необходимо потому, что я в прошлом тяжелоатлет. В свое время я как-то не обращал на это внимания и сильно располнел. Появились проблемы со здоровьем. Понял, что надо работать над собой, сбросил килограммов четырнадцать.

Кто Ваш самый близкий друг, с которым Вы можете поговорить обо всем на свете?

Есть два таких друга в моей жизни. Один живет в Феодосии – Игорь Бублик. Мы вместе учились в школе. Знакомы и дружим вот уже сорок один год. Он мне как родной брат.

Второй – Владимир Печерица, доктор исторических наук, профессор Дальневосточного университета. Он крупный российский политолог. Не часто, но раз в год мы встречаемся, и всегда есть что друг другу рассказать.
Вот это и есть два моих самых главных друга.

Спасибо за ответы, Владимир Павлович. Думаем, они будут интересны не только нам, но и нашим читателям. 

Интервью вели Николай МАГДЫЧ и Александр ЩЕРБАКОВ
Фото Василия БАТАНОВА
















Источник: Новый Севастополь