Севастопольская мечеть

18:2124.07.2008г.

С момента  основания в 1783 году в Севастополе мирно сосуществовали представители различных конфессий, в том числе мусульмане.  До Крымской войны для удовлетворения религиозных нужд мусульман в Севастополе действовала мечеть.

После окончания войны мечеть восстанавливать  не стали, по мнению губернатора, из-за  «незначительности населения города». На 1 января 1866 г. население Севастополя состояло из 10 тысяч 074 человек, из них 136 мусульман.

В  1900 году в Севастопольском градоначальстве проживало 63 тысячи 117 человек, из них 957 мусульман. В начале XX века в Севастополе активно шло городское строительство. Особенно поощряли власти возведение культовых учреждений. Открылись новые православные храмы, лютеранская кирха, строилась караимская кенаса.

Представители мусульманского общества дважды в 1901 и 1905 гг. ходатайствовали перед городской управой о выделении участка земли для строительства мечети. В 1907 г. было получено разрешение на постройку большой мечети на Соборной улице, рядом с женской гимназией (ныне район ул. Суворова на Центральном холме).

Однако решение было изменено, и закладка мечети состоялась в присутствии градоначальника Кульстрема С.К., представителей администраций общественных учреждений, мусульманского духовенства, офицеров-мусульман севастопольского гарнизона и др. приглашенных 28 июня  1909 г. на ул. Азовскую 43 (ныне Кулакова 31).

Мечеть сооружалась подрядным способом, подрядчиком Н.А. Абрамовым, при участии строительного комитета во главе с Сеит-Али Сенаджиевым. На строительство было ассигновано из вакуфного капитала 14 тысяч рублей. Остальные были собраны путем добровольных пожертвований, которые поступали в местное мусульманское общество. Так 9.10.1912 г. от мусульман паломников  поступило 4 тыс. рублей и как указывалось в прессе: «благодаря этим пожертвованиям, постройка мечети должна быть закончена к 1 января 1913 г.» Весь же приход средств составил 60 тыс. 379 рублей 59 коп. Однако расходы превышали доход, и строительство мечети  было закончено к апрелю 1914 года.

Надпись над порталом мечети, как утверждает исследователь В. Гуркович, гласит о том, что мечеть строилась с 1909 по 1912 гг. (видимо написанная заранее) в память императора Александра III. Об этом имеются упоминания и в других источниках, в частности, в энциклопедическом справочнике Севастополя, в сборнике «Исторические улицы и памятники Севастополя» (сборник выпущен Музеем героической обороны и освобождения Севастополя), книге «На Черноморском побережье» (Е. Алтабаева, В. Коваленко). Однако фактически  - по объективным причинам: из-за сложной экономической и политической обстановки в стране (выборы в Государственную думу, война на Балканах), и как следствие – нехватки средств - строительство мечети  затянулось еще на два года. Хотя иногда в недостроенной мечети по большим праздникам проходили богослужения (например, на 100-летие войны 1812 г.)

Торжественное открытие и освящение мечети состоялось 20 апреля 1914 года. Мечеть была убрана флагами, коврами и гирляндами цветов. На открытии присутствовали: вр. генерал-губернатор, главный командир севастопольского порта и начальника гарнизона г. Севастополя вице-адмирал Маньковский, градоначальник города С.И. Бурлей, комендант севастопольской крепости генерал-майор Коркашвили, полицмейстер Бочаров, городской голова Н.Ф. Ергопуло, бахчисарайский голова г. Крымтаев, турецкий консул Ахмед-Джамиль-бей, архитектор градоначальства Г.П. Долин, члены управы, гласные городской думы, представители мусульманского  духовенства, офицеры мусульмане севастопольского гарнизона и др. Мечеть имела двойной статус: была гражданской и военной одновременно.

Муллой гражданского населения стал уроженец Симбирской губернии Рахимов Юсуф Исмаилович, анухом (военным священником) Черноморского флота – Мухамед-Захир Замалетдинов. Он родился в 1870 г. в деревне Новые Мочалы Курмышинского уезда Симбирской губернии в семье деревенского муллы Исмаила. После окончания деревенского медресе, с отличием окончил медресе в Буинске и на средства благотворительного общества был отправлен для дальнейшей учебы в Стамбул, где получил богословское образование.

В Стамбуле произошло знакомство Юсуфа с Исмаилом Гаспринским, который призывал к обновлению ислама, через просвещение и единение мусульманских народов с сохранением своей религии, языка, литературы, традиций и т.д. Великий просветитель мусульман считал, что ислам в сочетании с высоким уровнем жизни мог способствовать развитию науки, культуры и цивилизации. Идейное и духовное сближение с Гаспринским, принятие такого явления как джадидизм  (в переводе с арабского слова  - новый) повлияло на становление мировоззрения будущего муллы.

Именно И. Гаспринский пригласил Рахимова возглавить мусульманский приход в Севастополе. Получив богословское образование, Рахимов поселился в Севастополе,  в 1909 г. заложил мечеть и стал преподавателем, а затем директором севастопольской татарской народной школы, где наряду с крымскими татарами обучались дети переселенцев казанских татар.

Воодушевленный идеями джадидизма, Рахимов начал нововведения в школе. Существенное новшество заключалось в том, что в учебный процесс добавлялись такие дисциплины, как математика, физика, химия, география, история. Это очень важный момент, если учитывать, что до этого функции мусульманской школы сводились к заучиванию религиозных толкований. Сам Юсуф Исмаилович преподавал историю и географию. Естественно, нововведения были встречены  в «штыки» не только властями города, но и консервативными религиозными кругами, т.к. они усматривали в этом покушение на их монополию в сфере просвещения.

 В 1913 г. на территории градоначальства проживало 88 тыс.473 человека, из них 2 тысячи 246 мусульман. Центром духовной жизни севастопольских мусульман стала вновь выстроенная соборная мечеть в городе. При мечети было открыто Общество пособия бедным мусульманам. При мечети действовала мусульманская школа – мектеб. В 1913 году в школе обучалось 39 учеников.

Изучать Коран, соблюдать религиозные ритуалы и национальные традиции детей приучали с раннего возраста, т.к. именно ислам был призван способствовать укреплению и формированию национального самосознания татарского народа.

После установления советской власти в Севастополе в 1920 году и проведения в жизнь Декрета СНК РСФСР от 23.01.1918 г. «Об отделении церкви от государства и школы от церкви» меняется отношение к верующим, постепенно органами власти проводится политика, направленная на искоренение религии. На этот момент в городе проживало 959 татар, что составило 1,3 % от общего состава населения (8 место среди других национальностей). Основная масса татар – 9.092 человека (51%) проживали в Севастопольском районе.

Проведение декрета в жизнь было возложено на местную власть в лице Исполкома Севастопольского районного Совета и его структурное подразделение – Церковный стол ( с 1925 г. стол религиозных культов). Начался учет культовых зданий и церковной собственности. В соответствии с циркуляром ЦАУ КСССР от 1924 г., № 139, культовые здания подлежали страхованию в Госстрахе и  передавались группам верующих во временное пользование по договору.

17 ноября 1922 года был заключен договор двадцатки севастопольской мечети в лице Ю.Рахимова с Исполкомом в лице председателя Отделения управления Исполкомом Ф. Балашина об использовании мусульманской мечети для удовлетворения религиозных нужд населения г. Севастополя. На каждого члена двадцатки составлялась карточка с указанием фамилии, имени, отчества, места жительства, социального, имущественного, общественного и служебного положения с 1914 г., сословной принадлежности до революции, времени вступления в культ.

В состав севастопольской двадцатки входило 12 крестьян, 6 мещан и 2 турецкоподданных.  Четыре человека имели среднее образование, семь начальное, остальные были  неграмотными. Восемнадцать  человек кроме исполнения своих религиозных обязанностей занимались общественно полезным трудом. В общине было: 2 торговца, 4 садовода, 2 извозчика, 3 чернорабочих, 2 служащих, 2 старьевщика и 3 учителя -  Юсуф Рахимов, Кемант Мустафин, Абдул Ильясов.

В соответствии с декретом ВЦИК РСФСР от 23 февраля 1922 года «Об изъятии церковных ценностей для нужд голодающих» комиссия оперативно приступила к их выявлению. В первую очередь изымались золотые и серебряные вещи, а также драгоценные камни. В связи с этим была составлена опись имущества мусульманской мечети, в которой значились: 3 электрические люстры,22 лампы, 4 медных подсвечника, 1 ковровая дорожка, 65 ковриков для намаза, 9 кусков зеленого цвета. Поскольку в мечети никогда не было изделий из золота и серебра, и об этом имелась пометка в ведомостях движения ценностей богослужебного имущества, изъяты  были круглая каучуковая печать и квадратный каучуковый штамп.

Анализ документов о деятельности мусульманской общины показывает, что Ю.Рахимов в этот период развернул большую деятельность по распространению прогрессивных идей среди местного населения. У него появляются соратники, разделяющие  его мировоззрение, стремящиеся к просвещению мусульманского народа. Это Буберджа-Белял-Темир-Кая Эмиров, Сеит Халиль, Амарджи Эмир-Сале, Имимеджи Мемет Мамутович и др., которые входили в «татарский комитет» национальной организации г. Севастополя, в 1938 г.  расстрелянные как враги народа.
 
В одном из протоколов в  стол религиозных культов НКВД Крымской АССР значится: «В 1925 году в православии и других конфессиях наблюдался раскол, а среди мусульманского духовенства борьбы религиозных течений не наблюдалось и даже появилось прогрессивное течение, которое начало проводить свою линию».

 В 1925-1927 гг. в районе окрылись новые школы мусульманского вероучения. Так были открыты школы в деревнях Ай-Тодор, Камышлы, Шули и др.

Представители татарского национального комитета выступали по деревням на общих собраниях мусульман, делали доклады о результатах работы Съездов Крымских мусульман. Важнейшей задачей, как последователи Гаспринского, уполномоченные от татарской партии считали изменения мировоззрения простых трудящихся и крестьян на саму жизнь и главным средством в достижении этой цели считали просвещение.

В 1927 г. началось усиление антирелигиозной работы среди национальностей, исповедующих ислам, в масштабах всей страны. В соответствии с новой инструкцией «О порядке проведения в жизнь Декрета об отделении церкви от государства и школы от церкви» в части, касающейся административных распоряжений и надзора, утвержденной ЦАУ Крыма 4 апреля 1927 года, ужесточался контроль за деятельностью служителей культов, в том числе и Ю.Рахимовым. Началось планомерное закрытие мечетей в районе. Для усиления антирелигиозной пропаганды органы власти предлагали открывать новые ликбезы и избы-читальни, вследствие этого было решено «безболезненно закрыть кое-какие культовые учреждения». В 1927 году в севастопольском районе было закрыто 5 мечетей:  в деревнях Варнаутка, Уркуста, Ай-Тодор, Мамашай и др.

В  1928 году согласно списку культовых зданий числилась 1 мечеть по городу и 24 мечети по району, было зарегистрировано 25 религиозных обществ, в которых состояли 70 человек по городу и 1820 по району. Представителей мусульманского  духовенства  по району было: 3 имама, 24 муллы, 9 муэдзинов.

Политическим актом, направленным на ограничение деятельности религиозных организаций, явилось постановление ВЦИК СНК СССР от 8 апреля 1929 г. «О религиозных организациях» На местном уровне правительство Крыма издало специальное постановление и инструкцию НКВД от 30 ноября 1929 г. «О порядке перерегистрации объединений в Крыму».  Срок перерегистрации был ограничен с 1 декабря 1929 г. по 1 мая  1930г.  В апреле 1930 г. перерегистрацию прошли 14 религиозных организаций Севастополя  -   9 городских и 5 сельских. Не подали заявление на перерегистрацию мусульманские общины, находящиеся в сельской местности, т.к. были заняты полевыми работами. Религиозная община севастопольской мечети перерегистрацию прошла вовремя.

В 30-е годы активизировалась антирелигиозная кампания, шедшая параллельно с коллективизацией, раскулачиванием и лишением избирательных прав всех представителей духовного сословия. Руководством служила статья 15 – п. «м» инструкции ВЦИК от 4 ноября 1926 года, по которой  лишались избирательных прав все служители культа независимо от того, получали ли они за исполнение своих обязанностей вознаграждение. За 1927г. в Севастополе и районе по этой статье были лишены избирательных прав 44 человека,  в том числе и мулла Ю. Рахимов и его жена Фатьма как иждивенка муллы .

Исключение из списков избирателей вело к ущемлению прав человека во всех сферах. Изымались хлебные и кооперативные книжки, «лишенцы» снимались с учета на бирже труда. Следовательно, лишая права голоса, государство выбрасывало человека за борт жизни, отсекая его не только от благополучия, но и от возможности обеспечить себе и семье хоть какое-то существование. Страх голодной смерти толкал многих верующих на необоснованные поступки. Чтобы не попасть в списки лишенцев и не лишиться хлебной карточки дети отказывались от родителей, жены от  мужей. Так сын муллы  Рахимова Наиль, чтобы не лишиться избирательных прав, отрекся от отца муллы как в устной так и в письменной форме. Его письмо как часть антирелигиозной работы разместили на страницах газеты «Маяк Коммуны».

Однако даже это не подорвало авторитета Ю. Рахимова. Именно тогда Севастопольская мечеть становится центром духовной жизни мусульман всего севастопольского района. Мулла имел большое влияние на верующих, в отдельных случаях  совершал религиозные обряды на дому (рождение, похороны), а так же во время скопления молящихся в праздничные дни, после служения выступал с «ободряющей речью» по религиозным вопросам, чем и завоевывал симпатию верующих.  В мечети были следующие представители духовенства: имам, мулла, хатыб, муэдзин. При этом все служители культа не получали жалования. На начало 1931 года в Севастопольском районе было зарегистрировано значительное число представителей мусульманского духовенства: мулл – 25, муэдзинов – 10, имамов – 5.

В 1931 году при Севастопольском райсовете Союза безбожников приступила к работе татарская секция, которая в первую очередь провела работу в деревнях. Заказывались атеистические лекции, избам-читальням передавалась специальная литература, накануне мусульманских праздников организовывались выезды агитпоездов в район. В газете «Маяк Коммуны» был размещен отчет Союза безбожников о подготовке к антибайрамовской кампании. Однако, несмотря на жесткий прессинг со стороны органов власти, уровень религиозности среди верующих мусульман почти не снижался. В 1932 году по пятницам и праздникам мусульмане из сел приезжали на богослужение в город за 20, 30 км. Мечеть посещали в основном верующие преклонного возраста, т.к. молодежь, как отмечалось в отчете председателя стола религиозных культов Быкова, на 90% отошла от веры. И все же число молящихся в праздничные дни составляло от 600 до 1000 человек. По этой причине мечеть закрыть не удавалось.

14.12.1934 г. председатель комиссии по делам культов т. Ибраимов сообщал в Центральную комиссию по делам культов при КрымЦИКе о том, что по Севастополю закрыто 41 культовое учреждение, действуют  семь, в том числе Севастопольская мечеть. Сообщал о том, что Рахимов продолжает распространять свое влияние на верующих, что много молящихся в севастопольской мечети в праздничные дни, что главный контингент верующих -  сельское население и если бы не этот факт, то мечеть бы существовать не могла. Далее Ибраимов сообщал, что фактов организации борьбы против советской власти со стороны муллы не обнаружено. Попытки объединения мусульман с православием не наблюдаются, если не считать того, что при случайных встречах между отдельными духовными лицами различных вероисповеданий происходят мирные беседы. Мусульмане, православные и евреи делятся между собой по вопросам их приходов и это доказывает, что различные конфессии могут вполне мирно сосуществовать.

В 1936 гг. в Севастополе уровень посещаемости мечети по сравнению с дореволюционным снизился  на 60 %, и, тем не менее, численность верующих оставалась значительной. Преодолеть религиозность мусульман пропагандистскими и административными методами органам советской власти удавалось слабо, поэтому были предприняты репрессивные методы.

2 октября 1937 года Юсуф Рахимов был арестован и посажен в Севастопольскую тюрьму. При обыске в квартире было изъято: 36 турецких газет, 4 письма из-за границы, 4 блокнота, 18 различных фотографий, хлороформ в закрытой пробирке.

Ю.Рахимов был обвинен в том, что «в 1917 году при мечети создал татарский комитет с целью объединения татар по религиозным убеждениям. С приходом к власти контрреволюционного правительства Курултай стал филиалом парламента, а сам Рахимов был избран членом парламента Курултаевского правительства. В период оккупации немцами Крыма вместе с Айвазовым Сабри, редактором газеты «Терджиман», и Шарифом Девятовым выезжал в Константинополь, где был завербован в турецкую разведку. Будучи враждебно настроенным против советской власти в праздничные дни обходил квартиры татарского населения, где под видом религиозного обряда проводил контрреволюционную националистическую пропаганду с целью вербовки сторонников Турции для создания в Крыму национального правительства с отторжением Крыма Турции».

Через месяц Рахимов был переведен в Симферопольскую тюрьму и на заседании судебной тройки НКВД Крымской АССР от 10 февраля 1938 года приговорен к расстрелу. Вместе с Рахимовым были арестованы пять человек из актива двадцатки мечети.

Оставшись без духовного наставника, мечеть перестала существовать. В документах Центрального исполнительного комитета Крымской АССР за 1938 г. имеется 14 заявлений о выходе из двадцатки. Из заявления Ерзиной Рахиме: «Прошу городской Совет не считать меня с сего дня в двадцатке при мечети, т.к. меня вписали в список без меня. Ерзина Рахим. 15.06.1938 г.»

Заявления однотипные, написаны простым карандашом, одним почерком  с припиской: «написано другим лицом т.к. заявитель является не грамотным».

В списке прихожан мечети за 1938 г. значилось 226 человек. Из них только 36 посещали мечеть. 4 умерло, остальные были лишены избирательных прав и многие высланы из Севастополя. К каждому заявлению о выходе из двадцатки прилагалось заявление с ходатайством о ликвидации мечети и передачи здания под культурные нужды города. Президиум севастопольского горсовета 24 июня 1938 г. рассмотрел ходатайство верующих, и постановил расторгнуть договор с татарским религиозным обществом и ликвидировать севастопольскую мечеть.

В 1956 году супруга Рахимова Фатьма обратилась в Комитет Госбезопасности при Совете Министров СССР с ходатайством о пересмотре дела ее мужа муллы Ю.И. Рахимова. Дело было пересмотрено, открылись новые факты. Оказалось, что расстрел в 1938 году был заменен десятью годами лишения свободы без права переписки. Отбывая наказание, Рахимов умер от сердечного приступа 19 февраля 1943 года. Рахимовой был дан ответ: «В деле нет ни одного факта в том, что мулла проводил контрреволюционную пропаганду среди татар. В 1918 году приезжал в Турцию за своей матерью. Проверкой через органы УКГБ по Крымской области и особый Государственный архив МВД СССР установлено, что агентом какой-либо иностранной разведки Рахимов Ю.И. не значится». Рахимов Ю.И. был посмертно реабилитирован 5.02.1957 г., о чем и была выдана справка его супруге Рахимовой Фатьме.

Анжелика ФЕСЕНКО,
начальник отдела информации и использования документов Госархива г. Севастополя

Фото из Госархива Севастополя и Василия БАТАНОВА

Севастопольская мечеть сегодня



  


















Источник: Новый Севастополь

Читайте еще...